6 марта 8:15
Автор: Из открытых источников Рубрика: Память Комментариев нет

Ромская кибитка, Стол Согласия и фонтан идей академика Игнащенко

1.

За кибиткой облако клубится.
Солнце обжигает небосклон,
И опять кибитка в вечность мчится,
По степной дороге под уклон.

 

Эта история началась в конце 90-х прошлого века, ориентировочно: в 1996—1997 году. У нее есть важная для понимания происшедшего предистория. Она подробно изложена в статье-интервью Владимира Платонова «Бабий Яр: трагедия о трагедии», напечатанной в газете «Зеркало недели» №39, от 27 сентября 1997 года. Привожу ее с сокращениями:

Мастерская архитектора Анатолия Игнащенко по сути еще один музей Киева. Здесь собраны уникальные предметы старины, произведения искусства, культуры и религии, яркие, самобытные творения народных мастеров.

Мастерская переполнена работами архитектора: эскизами, проектами, моделями памятников, снимками мемориалов, созданных вместе с известными скульпторами и открытыми в Украине, США, Канаде, Польше, Франции. Впечатляют новые проекты...

Среди бесчисленных рисунков, разработок, фотографий я увидел карту довоенного Киева. Все названия — на немецком. Четкая стрелка, нарисованная от руки, указывает на букву «А», находящуюся в центре круга. Круг — это тридцатиметровые овраги, протянувшиеся на семь километров на северо-западной окраине Киева. Буква «А» обозначает «Aktie», что в переводе с немецкого — «Акция». На карте дата — 1941 год.

Хозяин мастерской поясняет: «Эта карта принадлежала немецкому генералу, потом досталась нашим историкам, но интереса не вызвала. Карта свидетельствует — чудовищную акцию фашисты спланировали заранее...

...После освобождения Киева в разрушенный город приехал писатель Илья Эренбург и попросил очевидцев показать место трагедии. 14-летний Игорь Иванов (будущий главный архитектор Киева. — Авт.) стал первым проводником писателя: показал, где карательные отряды расстреливали толпы голых людей, где уничтожали моряков Днепровской флотилии, где сжигали трупы...

По оврагу Игорь вывел писателя на Подол, там он жил с мамой и бабушкой. Рядом, в таких же мазанках, доживали свой век солдатские вдовы и старые бабки — переулок так и назывался Бабий Яр.

Рассказывая о трагедии на окраине Киева, Илья Эренбург впервые назвал ее «Бабий Яр». Сразу после освобождения Киева в Бабьем Яру побывал спецкорр «Правды» Борис Полевой. Кинорежиссер Александр Довженко начал снимать фильм о Бабьем Яре.

После войны творческая группа главного архитектора Киева Александра Власова разработала проект памятника жертвам Бабьего Яра. Проект не был реализован...

Неизвестно, по чьей инициативе ландшафт Бабьего Яра начали уничтожать, пытаясь громадный овраг сравнять с землей. Дни и ночи работали земснаряды. Как грибы росли «хрущебы», сооружался парк отдыха со спортивными объектами, летним кинотеатром, кафе и даже... танцплощадкой.

— Но ведь это — кощунство! В Бабьем Яру уничтожена масса людей...

— Согласно тогда господствовавшей у нас идеологии все жертвы Бабьего Яра не заслуживали народной памяти: украинцы — националисты, военнопленные — подлые трусы и предатели. По поводу евреев бытовало мнение: что это за нация, если не сопротивляясь фашистам, по первому зову оккупантов пришла, как стадо овец, в Бабий Яр на расстрел... О тысячах военнопленных умалчивали — разве могли солдаты, офицеры, генералы доблестной советской армии тысячами сдаваться в плен?!

— То есть уничтожение памяти о трагедии в Бабьем Яру происходило в точном соответствии с высказыванием Сталина: «Есть человек — есть проблема, нет человека — нет проблемы»...

— Вот именно! Смысл, идеологический смысл, акции заключался в следующем: сионизм — злейший враг нашего народа, столице советской Украины еврейский мемориал ни к чему... Сразу после войны начали уничтожать и еврейское кладбище...

В это время начались антисоветские манифестации евреев всего мира. Чтобы как-то смягчить обстановку, в 1965 году объявили конкурс на создание памятника жертвам фашизма в Киеве. Было проведено несколько туров конкурса, но ни один из проектов не был утвержден. Мотивировка: «Из-за низкого идейно-художественного уровня...»

— Что, действительно, были слабые проекты?

— Наоборот, были оригинальные, очень сильные решения авторов: архитекторов И. Каракиса, Б. Лекаря, А. Милецкого, скульпторов В. Бородая, В. Селибера, художников А. Рыбачук и В. Мельниченко.

Жюри не могло (или не хотело) определиться, какому проекту отдать предпочтение. К обсуждению проектов подключилась общественность. Запомнились выступления Виктора Некрасова и Сергея Параджанова.

Сергей Параджанов высказал мысль, что тут какая-то свалка скульптур, что все это — не то... Мемориал — более глубокое понятие. Святыня! Развалины храма Зварноц под Ереваном охраняются государством, они заставляют думать о сути бытия. Должно быть что-то в этом духе. Бабий Яр нужно оставить таким, как он есть, — местом трагедии...

Виктор Некрасов выразился более конкретно: «Я объехал весь мир, осмотрел все места акций против цивилизации, против народов, но более всего впечатляет Треблинка. Там нет гигантских скульптур, вычурных композиций: по количеству погибших положены камни... Я вижу каждую жертву...»

Конкурсы прикрыли. Политбюро ЦК КПУ рекомендовало назначить лояльную авторскую группу и напомнить ей цель конкурса...

— Анатолий Федорович, вы можете уточнить эту цель?

— Дословно она звучала так: «Встановити пам’ятник радянським громадянам і військовополоненим, що загинули під час німецько-фашистської окупації 1941—1943 рр. на території Шевченківського району міста Києва».

О Бабьем Яре речи не было, упоминание Бабьего Яра полностью исключалось.

— Что делала «лояльная авторская группа»?

— Власти ограничились решением: на границе между Бабьим и Репьяховым ярами установили камень, на котором были слова: «Тут буде споруджено пам’ятник...»

Мы поняли — памятника не будет. Идет затяжка по времени. Камень — это конец истории с Бабьим Яром...

Но случилось непредвиденное. Ежегодно 29 сентября у Камня собирались евреи и проводили, как тогда считалось, антисоветские митинги...

Тогда аппаратчики придумали хитрую уловку: на следующий год приходят евреи к Камню, а там под красными знаменами проходит митинг горкома партии: выступают секретари горкома и райкомов, ветераны войны, передовики производства. Духовой оркестр исполняет «Интернационал»...

Диссиденты стали «бомбить» Министерство культуры: обнародуйте утвержденный проект! Ответы были стандартными: «Не мешайте работать — идет творческий процесс».

Каким-то образом дело дошло до ЮНЕСКО: властям столицы предложили доложить, что делается по памятнику в Бабьем Яру. Заместитель министра культуры Украины О. Чернобрывцева показала в Париже какие-то документы и опять-таки говорила «о творческом процессе»...

После нее на трибуну ЮНЕСКО вышел Виктор Некрасов и сказал, что по словам Чернобрывцевой все выглядит пристойно, на самом деле Бабий Яр превратили в отхожее место: туалетов нет, летними вечерами там собираются бомжи и проститутки... Это надругательство над памятью погибших.

— Виктор Некрасов уже жил за границей?

— Да. Он поехал в командировку за рубеж, назад его уже не пустили. Появилась статья В. Подгорного с «разоблачениями» В. Некрасова и однозначными выводами, что ему не место в Советском Союзе. Виктор Некрасов поселился в Париже и оттуда начал «пробивать» памятник.

— Что ему удалось сделать?

— С помощью мировой общественности он заставил наших чиновников заняться сооружением памятника в Бабьем Яру. После его розгромного выступления в ЮНЕСКО, политбюро ЦК КПУ поручило работу над памятником скульптору академику Михаилу Лысенко. Это, действительно, мэтр №1 скульптуры. Чрезвычайно талантливый, но вместе с тем и очень лояльный к партийным бонзам и правительству. Неожиданно и я был включен в творческую группу М. Лысенко.

Мы начали работать. И тут меня вызывает заместитель мэра Киева по культуре Мария Орлик: «Анатолий Федорович, меня вызывают в ЮНЕСКО, подготовьте все документы по памятнику». Я советую: «Вам нужны не постановления, а проект памятника, иначе повторится история с Чернобрывцевой... Снова выступит Виктор Некрасов, — что вы ему ответите? Нужен проект, а не бумаги».

— Анатолий Федорович, я понимаю так: если проект утвержден, его можно обнародовать, или существуют какие-то ограничения?

— Это тонкая политика, она до сих пор процветает. Вы знаете, какой сыр-бор поднялся в Москве по поводу памятника Петру Первому скульптора Церетели? Если бы проект выставили, Москва осталась бы без памятника царю. Хитрый Лужков сначала установил памятник — теперь обсуждайте. Многие предлагали его демонтировать, но на демонтаж денег не осталось... Такая же иезуитская политика велась и по Бабьему Яру — что поставят, то и будет...

— И чем все это кончилось?

— Дело дошло до Суслова. Он прислал в Киев редактора какого-то зарубежного журнала. Наш проект напечатали, причем сделали это весьма своеобразно. Под проектом была всего одна фраза: «Публикуемый проект свидетельствует о находчивости авторов — они так хитро зашифровали еврейскую звезду в Бабьем Яру, что никто из партийных идеологов к ним не подкопался».

Вызвал министр, спрашивает: «Вы этого добивались?! Кто будет расхлебывать?»

«Расхлебывать» пришлось всем. «За безконтрольність при проектуванні, марнотратство державних коштів та грубі помилки, що призвели до ідеологічних перекручень...» мэру Киева В. Гусеву, председателю горстроя Г. Злобину, главному архитектору города И. Иванову «влепили» по выговору...

В. Щербицкий был в ярости: «Если завтра вокруг яра не будет забора и не начнут работать бульдозеры, значит, кто-то или недопонимает или вредит...»

Действительно, мы многого не понимали: сохранить в неприкосновенности оставшийся ландшафт Бабьего Яра — это «марнотратство», а завезти 600 тысяч кубов земли и засыпать еще три отрога яра — это «не марнотратство»...

— Значит, «звезда» все-таки была?

— При П. Шелесте утвердили проект: как кровоточащая рана земли, дно Бабьего Яра засыпано красной смальтой*), поверх которой была 350-метровая терновая ветвь — световод. Был даже объявлен конкурс на реквием. Музыку предложили написать Георгию Майбороде, но он отказался — тогда многие не хотели связывать свое имя с Бабьим Яром. За реквием взялись грузинские композиторы...

Но... возникла новая преграда — выдумали «звезду». Это был какой-то кошмар...

Мэр Киева Владимир Гусев организовал подъем на телебашню (все было страшно секретно!), и мы, то есть Гусев, Иванов и я, с высоты 200 метров изучали, фотографировали ландшафт... Через специальное ведомство В. Гусев достал дореволюционную карту Сырецких военных лагерей, с ее помощью подтвердил: авторы «звезду» не придумали — отроги яра «выкопала» природа. Но разговоры пошли...

Политбюро приняло решение: три отрога яра засыпать, оставить одну бронзовую скульптуру на железобетонном стиллобате.

— Анатолий Федорович, выходит, вашим соавтором памятника было политбюро?

— Не соавтором — идеологом, а это не одно и то же. До сих пор казню себя, что не сумел отстоять проект, а отроги засыпали... После этого на проект сделали еще один «наезд». Вызывают, спрашивают: «Сколько стоит Бабий Яр»? Отвечаю: «Два миллиона рублей». «Почему два, а не один или пять миллионов?» Отвечаю: «Есть заключение экспертизы госстроя, смета утверждена правительством».

Нам разъяснили: там, где советские войска одержали глобальные победы — Малая Земля, Волгоград, форсирование Днепра, — государство не пожалеет и миллиардов, чтобы достойно увековечить подвиг народа.

Бабий Яр — не кульминационная точка войны... Есть мнение...

«Мнение» было такое: из выделенных двух миллионов на Бабий Яр оставили триста тысяч, миллион семьсот тысяч «перебросили» на строящийся «величественный мемориал советскому народу в городе-герое Киеве»...

Памятник в Бабьем Яру открыли тихо, скромно, без всякой помпы. Это единственный в Киеве памятник, на котором нет фамилий авторов — запретили... Но нас знали: после открытия авторов «доставали» и «кусали» еще больше...

— Со временем страсти улеглись?

— Не утихают по сей день. «Атаки» следуют одна за другой: памятник поставили не там... не тем... не тот...

— А вы как считаете?

— Возле каждой своей работы с горечью вспоминаю, что ей предшествовало, как издевались над замыслами авторов и корежили их... Художнику надо доверять, без доверия о творчестве не может быть и речи.

— Анатолий Федорович, представьте, вам доверили проект нового мемориала «Бабий Яр». Каким вы его видите?

— Прежде всего надо восстановить истину: что произошло в Бабьем Яру: Мы многого не знали, не все знаем и сейчас. На всю жизнь запомнил урок, который нам преподали американцы. Когда был опубликован проект, но стройка еще не началась, Киев посетили 15 американских конгрессменов, причем, девять из них в годы войны были узниками концлагерей. Мне, как автору проекта, они задали три вопроса.

Первый: получая задание, знали ли вы, кому делаете памятник и, было ли там указано количество жертв? Отвечаю: да, знал. Расстреляно 52 тысячи.

— Не знаете, — говорят, — этого вопроса: по материалам Нюрнбергского процесса в Бабьем Яру было уничтожено 168 тысяч евреев и свыше 300 тысяч — военнопленных. Эти сведения достоверные, они доказаны Международным военным трибуналом.

Второй вопрос: почему евреи безропотно пошли в Бабий Яр? Отвечаю: по городу были расклеены листовки. Цитирую: «Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник 29 сентября 1941 года к 8 часам утра на угол Мельниковской и Дохтуровской... При себе иметь документы, деньги, ценные вещи, а также теплую одежду, белье и прочее. Кто из жидов не выполнит этого распоряжения и будет найдет в другом месте, будет расстрелян»...

— Не знаете, — говорят, — этого вопроса: по материалам Нюрнбергского процесса зондеркоманда захватила девять ведущих еврейских раввинов и приказала им сделать воззвание: «После санобработки все евреи и их дети, как элитная нация, будут переправлены в безопасные места...» Евреи, поверив своим раввинам, пришли в Бабий Яр...

Третий вопрос: почему в сорок третьем году происходила эксгумация и сжигание трупов спустя два года после расстрела? Отвечаю: фашисты заметали свои кровавые следы.

— Не знаете, — говорят, — и этого вопроса: зондеркоманда в составе 300 человек провела акции по всему миру, уничтожив шесть миллионов евреев. В Германии выходили альбомы с рекламой зондеркоманды. «Зачем карателям было «заметать следы», если они гордились своей «работой», а Гитлер отмечал их высшими наградами?! По материалам Нюрнбергского процесса, акция в Бабьем Яру называлась «утилизацией золота». Отобрав ценные вещи, зондеркоманда начала расстреливать голых евреев... Потом выяснилось: перед расстрелом многие жертвы глотали золото... Последовала новая команда: трупы сжечь, золу просеять и извлечь золото. Ежедневно нацистская «фабрика» поставляла фюреру чемодан золота...

Когда я слушал об этих ужасах, шел мороз по коже...

— Анатолий Федорович, зачем американцам Бабий Яр, у них что — нет своих проблем?

— Об этом лучше спросить американцев. Многие по-разному оценивают их поступки. Лично мне стыдно, что нашу историю, нашу трагедию они знают глубже и лучше нас... Я благодарен президенту США Б. Клинтону за его слова: в мире такого памятника, как в Бабьем Яру, больше нет.

В День памяти жертв фашизма (1996 г.) руководитель делегации американских евреев сказал: «Первыми жертвами Бабьего Яра стали не евреи, а цыгане... Международные организации добились признания Холокоста евреев, об уничтоженных цыганах — ни слова...»

— Вы раньше знали о трагедии цыган?

— Официальных данных не было. В тот день меня познакомили с председателем общества ромской (цыганской) культуры в Украине Владимиром Золотаренко. Потом показали документы: в первые дни оккупации Киева в Бабьем Яру расстреляны четыре табора, сколько потом уничтожено цыган — неизвестно... Каратели охотились на ромов как на дичь. У цыганского поэта Михаила Козимиренко в годы оккупации Чернигова были расстреляны 37 родственников: самому младшему Козимиренко было семь месяцев, бабушке — 65 лет... Из донесений карательных отрядов, совершавших убийства на территории России, Украины и Крыма, следовало, что их жертвами стали 300 тысяч цыган.

Вот цифры из официальной статистики ЮНЕСКО: полмиллиона цыган — жертвы нацистского террора...

Когда я узнал о трагедии цыган, потерял покой: по ночам мне снились цыганские кибитки. У меня родилась идея еще одного памятника для Бабьего Яра — «Окаменелая кибитка». Увитая траурными гирляндами из кованых цветов, с образом расстрелянного фашистами в 1936 году цыгана, которого причислили к лику святых, кибитка нависла над обрывом. За кибиткой — глубокая колея и следы от конских копыт, детских босых ног — цыганская дорога смерти...

— Цыгане поддержали идею памятника?

— Был сход ромской общественности Киева, на котором постановили начать сбор средств на памятник цыганам — первым жертвам Бабьего Яра. Памятник практически готов. На заводе «Ленінська кузня» (директор Н. Вишнивецкий) изготовили кованые гирлянды и таблички с текстом на ромском и украинском языках. Завод «Укргранит» (директор А. Повзик) выделил каменные блоки общим весом 50 тонн, алмазными дисками на блоке высечены колеса кибитки. Студенты киевских вузов, связанные с международным движением «Община святого Эгидио», вырыли котлован и залили бетоном фундамент, не потребовав за эту работу ни копейки. Но дальше дело не движется — нет денег...

— У цыган нет денег?

— Тех, что собраны, не хватает даже на то, чтобы оплатить стоимость алмазных дисков... Памятник сооружается методом народной толоки: проект выполнен бесплатно, гирлянды изготовлены за чисто символическую плату, гранитные блоки завод практически подарил, осталось, как я уже сказал, оплатить минимум...

— Городские власти содействуют?

— Проект утвердили. Подписаны все документы. Правда, архитектор района долго не хотел отводить участок: «Еще что придумали — памятник цыганам...»

Трагедия Бабьего Яра продолжается. Строить дома, небоскребы на костях — это можно, это в порядке вещей...

— Анатолий Федорович, в Бабьем Яру уже стоят три памятника, есть надежда, появится и четвертый — справедливость будет восстановлена, никто не будет забыт.

— Евген Стахив (Нью-Йорк) рассказал мне: в Бабьем Яру нацисты уничтожили цвет украинских националистов. Жуткая история: националистов преследовали, уничтожали и советские энкэвэдисты и фашисты — их «криминал» состоял в том, что они боролись за свободу Украины... На дубовом кресте, изготовленном на средства украинской громады Парижа, надпись: «Тим, що поклали життя на вівтар України». Среди них — Олена Телига, Наталья Винныкив, Михаил Рогау...

Документально установлено: среди жертв Бабьего Яра были и армяне, грузины, молдаване, татары, казахи, узбеки, туркмены, таджики...

Изучая карту немецкого генерала, мы пришли к выводу, что фашисты придерживались строгого «порядка»: евреев расстреливали на еврейском кладбище, украинцев и русских — на православном, мусульман — на магометанском...

Вдумайтесь: в Бабьем Яру уничтожены сотни тысяч человек — представители семи религиозных конфессий. Лариса Скорик, архитектор по профессии, предложила: чтобы восстановить справедливость в Бабьем Яру, нужно поставить семь алтарей. Предложение, по-моему, заслуживает большого внимания...

*) цветное стекло, изготовленное по специальным технологиям выплавки с добавлением оксидов металлов, равно как и кусочки различной формы, полученные из него методом колки или резки.

 

Summary
Ромская кибитка, Стол Согласия и фонтан идей академика Игнащенко
Article Name
Ромская кибитка, Стол Согласия и фонтан идей академика Игнащенко
Description
А. Ф. Игнащенко успел воплотить по всему миру множество своих замыслов. Часто достаточно спорных, как и должно быть в искусстве. Но идей было много больше
Author
Publisher Name
Блог Давида Ройзена
Publisher Logo

Страница: 1 2 3 4
Хотите получать статьи этого блога на почту?
Новые статьи блога
Комментариев нет

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: